Я снова говорю с тобой, никак иначе.
И ты как будто бы живой. А я всё плачу.
А я всё здесь, а ты всё там, за буреломом.
Здесь этот временный сарай, что назван домом.
И ни одной уже души, да ты всё слышал.
Сказал мне: больше не греши, и молча вышел.
А я хожу, ищу тебя под этим небом.
А я как будто не терял, а просто не́ был.
Ты снова строишь этот дом на этой даче.
А я о счастьи всё хожу и молча плачу.