Когда вьюга к утру, ошалев с тоски (Александр Галич)/вариант

Перейти к: навигация, поиск
«

…История этой песни — особенная история. Она была написана в бреду. Это серьёзно, потому что мне действительно очень было худо — я помирал в городе Ленинграде, мне занесли тяжелейшую инфекцию… Меня просто спасли. Это были замечательные люди, великолепные просто, гениальные. И я им вечно буду благодарен, вечно буду кланяться в ноги. Я не мог читать, я не мог ничего. Я единственно что, значит, — сочинял вот эту балладу. Причём я давно хотел её сочинить, потому что мне всегда нравился жанр такой готической баллады, страшной баллады, которую писал в русской поэзии только Василий Андреевич Жуковский — «Громобой», «Ундина» и так далее. А потом её больше не повторяли, а мне хотелось написать такую страшную балладу. Вот, значит, я написал такую лагерную балладу…

Александр Галич (Фоногpамма)
»




Королева материка. Лагерная баллада, написанная в бреду



I


Когда вьюга к утру, ошалев с тоски,
Задерёт у ночи подол,
Но спит ещё мирно Гудзонов пролив…
(Он многих, сука, подвёл).

И спят зэка́, как в последний раз —
Натянул бушлат — и пока! —
И во́хровцы спят, как в последний раз —
Научились спать у зэка.

И начальнички спят, брови спят,
И лысины, и усы,
И спят сапоги, и собаки спят,
Уткнувши в лапы носы.

И тачки спят, и лопаты спят,
И сосны прячутся в тень,
И ещё не пора́, не пора́, не пора́
Начинать им доблестный день.

И лишь вертухай на вышке торчит,
Но ему не до спящих масс,
Он занят любовью — по младости лет
Свистит и дрочи́т на Марс.

А люди спят, и лопаты спят,
И земля сопит, как сурок,
И ещё до подъёма часа полтора,
А это немалый срок.

И вот в этот-то час, как тупая дрожь,
Над землёю плывёт тоска,
И тогда просыпается Белая Вошь,
Повелительница зэка,

А мы её называли все́ —
Королева Материка!

II


Откуда всевластье её взялось,
Попробуй, спроси иных,
Но пришла она первой в эти края,
И последней оставит их…

Будет день, и профессор каких-то щей
Подобьёт на счётах итог.
И увидит, что кончились все́ срока́,
И не капает новый срок.

Тогда сложат из тачек и нар костёр,
И, волчий забыв раздор,
Станут рядом, рядом зэка и лбы,
И написают в тот костёр.

Сперва за себя, а потом за тех,
Кто пьёт теперь Божий морс,
Кого шлёпнули влёт, кто ушёл под лёд,
Кто в дохлую землю вмёрз,

Кого Колыма от аза́ до аза́
Вгоняла в горючий пот,
О, как они ссали б, закрыв глаза —
Как го́рлица воду пьёт!

А потом пропоёт неслышно труба,
И расступится рвань и голь,
И её Величество Белая Вошь
Подойдёт и войдёт в огонь,

И взметнутся к небу тысячи искр,
Но не просто, не как-нибудь —
Навсегда крестом над Млечным Путём
Протянется Вшивый Путь!

Но басенки — ложь. И побасенки — ложь.
И не стать им правдой, пока
Встаёт-просыпается Белая Вошь,
Повелительница зэка,

Которую все́ называли мы —
Королева Материка!

III


Говорят, что однажды в тридцать седьмом,
В том самом лихом году,
Когда в тайге на всех языках
Пропели славу труду,

Когда призвала́ народ Колыма́
К доблестному труду,
И ночами покойников в штабеля
Укладывали на льду,

Когда покрякивала тайга
От доблестного труда,
Тогда к Королеве пришла любовь,
Однажды и навсегда.

Он сам напросился служить в конвой,
Он сам пожелал в Дальла́г,
И ему с Королевой крутить любовь
Ну просто нельзя никак,

Он в нагрудном мешочке носил чеснок,
И деньги, и партбилет,
А она — Королева, а ей плевать —
Хочет он или нет!

И когда его ночью столкнули в клеть
(Зачлись подлецу дела), —
Она до утра на рыжем снегу
Слёзы над ним лила,

А утром пришли, чтоб его зарыть —
Смотрят, а тела нет!
И куда он пропал, не узнал никто,
И это — её секрет!

А потом на конвойных пошёл падёж,
То им пуля, а то срока́.
Не простила им слёз своих Белая Вошь,
Повелительница зэка,

И мы назвали её не зря —
Королева Материка!

IV


А ещё говорят, что какой-то чмырь,
Начальничек из Москвы,
Решил объявить Королеве войну,
Пошёл, так сказать, «на вы».

Он гонял на прожарку и в зоне, и за,
Он вопил и орал: «Даёшь!»
А был бы начальничек чуть поумней,
Он пошёл бы с ней на делёж, -

Чтобы пайку им пополам рубить,
И в трубу пополам трубить,
Но начальник умным не может быть,
Потому что — не может быть.

Он надменно верит, что он — не он,
А ещё миллион и он,
И каждый шаг его — миллион,
И слово его — миллион.

Но когда ты один, и ночь за окном,
И метёт за окном пурга,
Тогда ты один, и тогда — беги,
Если жизнь тебе дорога!

Тогда тебя не спасёт миллион,
Не отобьёт конвой!
И всю ночь, говорят, над зоною плыл
Протяжный и странный вой…

Его нашли в одном сапоге,
И от страха — рот до ушей,
И на вздувшейся шее тугой петлей
Удавка из белых вшей…

И никто с тех пор не вопит: «Даёшь!»,
И смеётся исподтишка
Её Величество Белая Вошь,
Повелительница зэка.

Вот тогда её и назвали все́ —
Королева Материка.

V


Ковыряют историю этак и так.
То ругань слышна, то медь.
Но мы-то знаем, кто вёл нас в бой
И кто посылал на смерть.

Валеты рвутся попасть в тузы,
Сменяется мастью масть.
Но мы-то знаем, какая власть
Была и взаправду власть.

Но мы-то знаем, какая власть
Нам в руки дала кайло.
И все́ мы — подданные её
и носим её клеймо.

Когда-нибудь те, кто придёт назад
И кто не придёт назад —
Мы в честь её устроим парад,
И это будет парад!

По всей Вселенной (поди, сдержи!),
Свой каторжный славя труд,
Её Величества Белой Вши
Подданные пройдут.

Её Величества Белой Вши
Данники всех времён…
А это сумеет любой дурак —
По заду втянуть ремнём,

А это сумеет любой дурак —
Палить в безоружных всласть!
Но мы-то знаем какая власть
Была и взаправду власть!

И покуда не кончились страх и ложь,
И покуда стучат срока́,
Ты ведёшь нас и властвуешь, Белая Вошь,
Повелительница зэка.

Её Величество Белая Вошь,
Королева Материка!


<1971?>


http://bogomilos.livejournal.com/68578.html

http://www.bard.ru/cgi-bin/listprint.cgi?id=35.06

http://www.kulichki.com/rusclub/Songs/Galich/koroleva-materika.koi8

http://www.a-pesni.golosa.info/bard/galitch/korolevamat.htm