Им страстно восхищалась немая пантомима,
Рыдая у него над душой.
Ему так хотелось любить и быть любимым
Но он всему миру чужой.
Горе-меланхолик тонет в акоголе.
Но любит его девочка та,
Со своей любовью стонет как от боли.
Но всё ему лишь суета:
Я видел эти горы, солнечной рекою
Текущие сквозь бездну миров.
Видел эти лики света и покоя,
Плетущие вечность из слов.