Изранены крылья, повисли, Глаза не хотят, не глядят… И вдруг, как предчувствие мысли, Румянцевский добрый фасад. Под маленькой лампой зелёной, В свечении лиц и страниц, Я снова очнусь окрылённой, Полёту не зная границ.