День скорби моея! День очищенья!
Ты поразил собой иные дни,
Оставив мне взывать в уединеньи:
«Или́, или́, лима́ савахфани́!»[1]
Ты обнажил, наставниче суровый,
Ложь человечу, бренность бытия.
И на суде молчание Христово
Явил душе́, день Скорби моея!
День скорби моея! День очищенья!
Ты поразил собой иные дни,
Оставив мне взывать в уединеньи:
«Или́, или́, лима́ савахфани́!»