В наш научно-технический век,
Когда музыку пишут машины,
Когда создан искусственный снег,
И деревья, и даже икра, Наши женщины стали грубей И по-женски запели мужчины. Выхожу с шестиструнной гитарой своей, Потому что настала пора…
Потому что не всё решено до конца, Потому что нет сил у другого певца. Потому что сердца́ ещё бьются не в такт, Потому что дышу, потому что я — бард!
Словно мошек назойливых рой,
Распищались эстрадные звёзды.
Присмирел взбунтовавшийся рок
И грохочет невнятный напев. Но я верю, что песня жива, Потому что нужна нам, как воздух. Потому что слова есть не просто слова, Если в них чья-то боль, чей-то нерв.
И несу эту боль, потому что болит, Потому что другой трусость мне не простит. Потому что гудит сердце, словно набат. Потому что я здесь, потому что я — бард.
Наша совесть — не медный пятак,
Нашу память не спрячешь в кармане.
Но чернеет пятном немота
Словно след на подталом снегу. Кто-то должен ответить за всех, Прокричать на последнем дыханьи. И кричу и пою боль и радость свою, И иначе я петь не могу!
Потому что ещё не ослабла струна, Потому что за всё отвечаю сполна. Потому что не будет за это наград. Потому что я боль, потому что я — бард!
