В Москве нестерпимо жарко,
Об этом лишь говорим.
Возьму Матвея и Марка,
Умчу в выходные в Рим.
Не знаю, что я найду там,
Вдали от старой Москвы.
В её животе раздутом
Чего только нет, увы.
Летать высоко не худо,
А вот земля горяча —
Не тёплая грудь, а груда
Разбитого кирпича.
«И всё же не о Москве я», —
Скажу, отводя глаза.
Возьму я Марка, Матвея
И отнесу в небеса.
Скажите белой гусыне,
Пускай она не грустит.
Пускай об Отце и Сыне
Негромко поёт, свистит.
Все дети желают чуда,
Все ждут верховных гостей.
Рим недалеко отсюда
И в Риме любят гусей.
Жаль, дома моя гитарка,
Да я не очень грущу.
Возьму Матвея и Марка
И хоть летать поучу.
А то и тоска, и скука,
К тому же ещё и горим.
Беру и сынка, и внука,
Лечу в выходные в Рим.
