Был зов трубы, зловещий звон металла,
Но знаменье последнего Суда
Нам ровно ничего не доказало, —
По-прежнему отходят от вокзала
Согласно расписанью поезда́.
Ларьки торгуют, бьют часы на башне,
Дождь моросит, а я домой бреду́
В осенней мгле дорогою всегдашней,
Не ведая, что Суд свершился Страшный
И это всё уже в аду…