В церкви, как обычно, было странно:
То старух немая толчея,
А то грянет хор свою осанну,
Поднимая голос за Царя.
Вот народ шатнулся вправо, влево,
Очередь построил, руки сжал.
Затянул невнятные напевы,
И притих. И вновь забормотал.
Разошлись. И тут же гроб навстречу.
Вот сегодня кто не убежит,
И кому покой отныне вечен.
Пусть немного в храме полежит.
Утешая, звякало кадило,
И священник бодро отпевал.
Кто не плакал близости могилы,
Когда крышку гроба закрывал?
О себе ли плакал? Не в душе ли
Ощутил зиянье пустоты?
Осень, брате. Листья облетели.
Все ушли. Остался только ты.
