А теперь мне никто не поможет,
И предчувствуя это уже́,
Напрягается тело до дрожи,
Предвкушая удары вожжей.
Словно раб, не избегнувший плена,
Выпрямляя лицом тротуар,
Ощутил: я — один во вселенной,
Мне не выдержать этот удар.
Всё меня соблазнит и отринет,
Торжествуя, — «ты падаль!» — вскричит.
Но когда-то дыханье застынет,
И невнятный мой бред излечи́т.
Оторвавшись от смертной постели,
В переулках забвенья бродя,
О, душе! Мы с тобой не успели,
Каждый день проживая, шутя.
Сколько их — безразличных, суровых,
Мне осталось ещё провести?
Всё стою я в толпе неготовых.
Что я жить не умею, прости…
