Уж так ли безумно намеренье (Александр Галич)

Перейти к: навигация, поиск



Письмо в семнадцатый век


Уж так ли безумно намеренье —
Увидеться в жизни земной?!
Читает красотка Верме́ера
Письмо, что написано мной.

Она — словно сыграна скрипкою —
Прелестна, нежна и тонка́,
Следит, с удивлённой улыбкою,
Как в рифму впадает строка.

А впрочем, мучение адово
Читать эти строчки вразброд!
Как долго из века двадцатого
В семнадцатый — почта идёт!

Я к ней написал погалантнее,
Чем в наши пишу времена…
Смеркается рано в Голландии,
Но падает свет из окна.

Госпожа моя! Триста лет,
Триста лет вас всё нет как нет.
На чепце расплелась тесьма,
Почтальон не несёт письма,
Триста долгих-предолгих лет
Вы всё пишете мне ответ.
Госпожа моя, госпожа,
Просто — режете без ножа!

До кого-то доходят вести,
До меня — только сизый дым.
Мы с дворовой собакой вместе
Над бегучей водой сидим.

Пёс не чистой породы, помесь,
Но премудрый и славный пёс…
Как он тащится, этот поезд,
Триста лет на один откос!

И такой он ужасно гордый,
Что ему и гудеть-то лень…
Пёс мне ткнулся в колени мордой,
По воде пробежала тень.

Мы задремлем, но нас разбудит
За рекой громыхнувший джаз…
Скоро, скоро в Москву прибудет
Из Голландии дилижанс!

Вы устали, моя судьба,
От столба пылить до столба?
А у нас теперь на Руси
И троллейбусы, и такси.
Я с надеждой смотрю — а вдруг
Дилижанс ваш придёт на круг?
Дилижанс стоит на кругу…

Дилижанс стоит на кругу —
Я найти его не могу!

Он скоро, скоро, скоро тронется!
Я над водой сижу опять.
Направо — Лыковская Троица,
Налево — дача номер пять.

На этой даче государственной
Живёт светило из светил,
Кому молебен благодарственный
Я б так охотно посвятил!
За всё его вниманье крайнее,
За тот отеческий звонок,
За то, что муками раскаянья
Его потешить я не мог!
Что славен кличкой подзаборною,
Что наглых не отвёл очей,
Когда он шествовал в уборную
В сопровожденьи стукачей!

А поезд всё никак не тронется!
Какой-то вздор, какой-то бред…

В вечерний дым уходит Троица,
На даче кушают обед.

Меню государственного обеда:

Бламанже.
Суп гороховый с грудинкой и гренками.
Бламанже!
Котлеты свиные отбивные с зелёным горошком.
Бламанже!!
Мусс клубничный со взбитыми сливками.
Бламанже!!!

— Вы хотите
Бля-ман-же?

— Извините,
Я уже!

У них бламанже сторожат сторожа,
Ключами звеня.
Простите меня, о моя госпожа,
Простите меня!
Я снова стучусь в ваш семнадцатый век
Из этого дня.
Простите меня, дорогой человек,
Простите меня!

Я славлю упавшее в землю зерно
И мудрость огня.
За всё, что мне скрыть от людей не дано —
Простите меня!

— Ах, только бы шаг — за черту рубежа
По зыбкому льду…
Но вы подождите меня, госпожа,
Теперь я решился, моя госпожа,
Теперь уже скоро, моя госпожа,
Теперь я приду!..

— Я к Вам написал погалантнее,
Чем в наши пишу времена.

— Смеркается рано в Голландии,
Но падает свет из окна.


<1973?>


http://www.bard.ru/cgi-bin/listprint.cgi?id=35.07