Доносится в окно плеск уличного гама (Антон Духовской)

Перейти к: навигация, поиск



Песенка о великом трубаче


Доносится в окно плеск уличного гама.
И солнце по щеке щеко́тится лучом.
Он не идёт гулять. Зубрит он вечно гаммы.
Он твёрдо стать решил великим трубачом.

Ему тринадцать лет. Пока пассажи гру́бы.
Но, видимо, уже всё решено в судьбе.
От меди мундштука его синеют губы,
Трещит башка — но он играет на трубе.

Всё ещё придёт. Ты ещё пока, вроде, не седой.
До-ре-ми-фа-соль. Ля-си-до-ре-ми. Фа-соль-ля-си-до.
(два раза)

Прошло пятнадцать лет. Он жизнью не обласкан.
Но трудно угадать, что ждёт его в конце.
На старом пиджаке лоснится гладкий ла́цкан.
Но в среду — есть концерт. Пусть в ЖЭКе — но концерт.

А через месяц-два гастроли в город Гла́зов.
В купе плацкартном он вновь повторит себе:
«Нелепо полагать, что всё бывает сразу…»
А потому опять играет на трубе.

Всё ещё придёт. Ты ещё пока, вроде, не седой.
До-ре-ми-фа-соль. Ля-си-до-ре-ми. Фа-соль-ля-си-до.

Да, жизнь — как нотный стан. Но всё труднее верить,
Что сможет отпереть скрипичным он ключом
Все́ встреченные им, все́ запертые двери.
И всё труднее быть великим трубачом.

Года́ слетают с губ. Ему уже за сорок.
И дочери его уже пятнадцать лет.
Безденежье. С женой на этой почве ссоры.
У дочки в куртке пачка мятых сигарет.

Ещё пять лет. И вот — нежданная удача.
Игра — пусть без афиш — но по́ три раза в день.
Под музыку его все́ безутешно плачут.
Не гоже в тишине нам хоронить людей.

Случается, зимой послать всё хочет к чёрту.
Дыхание трубы в тиски берёт мороз.
Он заливает спирт ей в медную аорту.
И вновь звучит Шопен. И не сдержать нам слёз…

(проигрыш припева)

Доносится в окно плеск уличного гама.
И солнце по щеке щеко́тится лучом.
Ему тринадцать лет. Зубрит он вечно гаммы.
Он твёрдо стать решил великим трубачом.

Стоит он у дверей своих консерваторий.
Он знает, что уже́ всё решено в судьбе.
Ему и дела нет до всяких там историй.
Он будет счастлив. Он — играет на трубе.

(припев)


<>


http://duhovskoi.ru/songs/song.php?id=35