Над горизонтом солнце остывало (иеромонах Василий (Росляков))

Перейти к: навигация, поиск

Этот текст ещё не прошёл вычитку. — как от угольев от костра



Мария


Над горизонтом солнце остывало
И дымка, как от угольев от костра,
Сплошною плёнкой небо застилала.
И будто солнце людям разрешало
На свой закат смотреть во все глаза.

И вечер, на морской прилив похожий,
Долину прятал в сумраке ночном
И чётче вырисовывал, и строже
Вершины гор и контуры прохожих,
Идущих по полям почти гуськом.

От споров, от непрошеной печали,
Которой оделяет враг и друг,
Они себе пристанище искали
В местах, что прокажённым отдавали
Среди пустых окраин и лачуг.

И в среду Симон принял их радушно,
Они за стол устало возлегли.
И зной казался не таким уж душным
Из спорщиков назойливых и скучных,
Лишь стайка мух кружилась у еды.

Тут женщина вошла. Попросит, верно,
Утешить, исцелить — известный люд!
Она же, молча с грустию безмерной,
Окутанная будто тьмой вечерней,
Разбила алавастровый сосуд.

Не отступилась ни единой долькой.
Зачем себя на чёрный <день> беречь?
Она в Него поверила — и только!
А верить — это будет ровно столько,
Когда других не нужно встреч.

Разбила… И, предчувствуя утрату,
Омыла миром голову Ему.
А ученик сказал: — Мы не богаты.
Продав сосуд, помочь могли б собрату
Иль милостыню подали б кому.

Он, помолчав, ответил скупо, властно:
— Всегда имея нищих при себе,
Благотворить вы можете всечасно,
Но лишь однажды к истине причастны
Вы станете на горестной земле.

………………………………………………………

Отговорившись встречей неурочной,
К старейшинам пошёл тот ученик.
Любовь когда окажется непрочной,
Измена назовётся непорочной,
А замысел покажется велик.

Их ученик спросил: – Что вы дадите,
Учителя коль выдам своего?
И вспомнился сосуд, но неразбитый,
А сбережённый, до краёв налитый…
Тридцать серебреников дали за Него.